По краям, образовывая круг, были вкопаны в землю семь деревянных столбов, высотой примерно в человеческий рост. Грубо вырубленные на них злобные лица чем-то напоминали идолов с острова Пасхи. Максу было знакомо это место. Несколько лет назад они с друзьями видели здесь, как пятеро бородатых мужиков плясали вокруг костра и что-то выкрикивали про Перуна и Ярило. Когда Макс рассказал об этом маме, она презрительно фыркнула и назвала дядек придурками, которые вообразили себя язычниками.

Сейчас на поляне было пусто, если не считать пустых бутылок и пакетов из-под сушеного кальмара. Неподалеку, под кустиками, уютно расположились двое парней самого люмпенского вида. Они что-то разливали в пластиковые стаканчики и громко матерились, одобрительно разглядывая маму.

– Не обращай внимания. Возьми меня за руку.

Мама потянула Макса в круг, образованный идолами. Они шагнули туда вместе, и вдруг с окружающим миром начало происходить что-то непонятное. Слегка закружилась голова, на секунду потемнело в глазах, деревья, бутылки на земле, небо, трава - все как-то поплыло, закачалось и подернулось мелкой рябью. Алкоголики вместе с кустами куда-то исчезли, голоса их постепенно стали глуше и вскоре пропали совсем.

Когда зрение вернулось, все вокруг странным образом изменилось: лица деревянных божков трансформировались и приняли самое приветливое выражение, на поляне появилась высокая сочная трава, лес вокруг из ободранного и редкого стал густым и дремучим. Судя по разнообразным звукам, доносившимся из-за деревьев, он был полон всякого зверья.

Но самые потрясающие метаморфозы произошли с мамой. Ее глаза, обычно серо-зеленые, теперь стали изумрудными, короткая модная стрижка превратилась в копну длинных темных волос. Вместо летнего сарафанчика на ней была какая-то переливающаяся хламида травянистого цвета. Максу мамина неожиданная смена имиджа не особенно понравилась, даже испугала.

– Приветствую тебя, Зеленая!